Центр прикладных исследований, который помогает ориентироваться в меняющейся экономике. Анализируем, что происходит, понимаем, как технологии это меняют, и помогаем готовиться к будущему.
Мы не просто предлагаем услуги. Мы решаем реальные задачи, которые встают перед государством, бизнесом, гражданским обществом в условиях неопределенности.
Открыты к сотрудничеству, экспертному диалогу и совместным проектам. Напишите нам — расскажем подробнее и обсудим, чем можем быть полезны.
Основные тезисы интервью с Андреем Мовчаном, основателем Мовчан Groups. Полную версию смотрите на канале Рахима Ошакбаева.
Основные тезисы интервью с Нурланом Танкиновым, сооснователем компании Skywalker, официального дистрибьютора агродронов DJI. Полную версию смотрите на канале Рахима Ошакбаева.
Откровенный разговор о чужих прогнозах и своих действиях. Основные тезисы. Полную версию смотрите на канале Рахима Ошакбаева.
Япония запускает пятилетнюю программу разработки национальной мультимодальной ИИ-модели для роботов и автономных производств: 378,3 млрд иен в первый год, ежегодные stage-gate аудиты и передача обученных весов всей экосистеме. Разбираем программу по первоисточникам — и что из неё стоит взять на заметку Казахстану.
Указом Президента № 1311 от 9 июня 2026 года утверждена Общенациональная стратегия масштабной цифровизации и тотального внедрения технологий ИИ «Digital Qazaqstan» до 2029 года. TALAP разобрал документ: какие цели и показатели он ставит, чем отличается от прежних программ и что означает для граждан, бизнеса и государства.
Материал №1 серии «Школа в эпоху искусственного интеллекта». Центр прикладных исследований TALAP совместно с Global Education Futures.
Война стала экзаменом для прогнозистов. Почти все увидели главное: риск для Казахстана был не в Ормузе, а в КТК, Тенгизе и экспортной инфраструктуре. Но дальше прогнозы разошлись. Одни считали ВВП, другие цену нефти, третьи курс тенге. Реальность показала: ключевой переменной была не цена Brent, а способность страны добыть, вывезти и монетизировать нефть.
Война в Заливе прошла мимо экспортного маршрута Казахстана — но не мимо его экономики. Реальный удар пришел не через Ормуз, а через Черное море, КТК, Тенгиз и ограниченность альтернативных маршрутов. Это история о стране, для которой высокая цена нефти оказалась слабее инфраструктурного сбоя.
Все смотрели на нефть, продовольствие и авиакеросин. Но самые устойчивые последствия войны проявились в других звеньях: удобрениях, нефтехимии, алюминии, страховании и морском фрахте. Это история о том, почему самые громкие страхи не всегда становятся главным ударом.
