Центр прикладных исследований, который помогает ориентироваться в меняющейся экономике. Анализируем, что происходит, понимаем, как технологии это меняют, и помогаем готовиться к будущему.
Мы не просто предлагаем услуги. Мы решаем реальные задачи, которые встают перед государством, бизнесом, гражданским обществом в условиях неопределенности.
Открыты к сотрудничеству, экспертному диалогу и совместным проектам. Напишите нам — расскажем подробнее и обсудим, чем можем быть полезны.
Правительство в ближайшее время окончательно решит, стоит ли запретить вкладчикам ЕНПФ досрочное частичное изъятие пенсионных накоплений. Минтруда уже выразило свою обеспокоенность тем, что люди могут оказаться без средств в старости. Такая проблема может коснуться 90 процентов вкладчиков пенсионного фонда.
Ходы правительства по поиску денег в раздутый бюджет вызывают все больше вопросов в экспертной среде.
В проекте нового Налогового кодекса предусмотрен специальный налоговый режим для самозанятых, который не предполагает взимание налогов с этой категории плательщиков, сообщает Zakon.kz.
Материал №6 серии «Школа в эпоху искусственного интеллекта». Центр прикладных исследований TALAP совместно с Global Education Futures.
Материал №7, заключительный, серии «Школа в эпоху искусственного интеллекта». Центр прикладных исследований TALAP совместно с Global Education Futures.
Япония запускает пятилетнюю программу разработки национальной мультимодальной ИИ-модели для роботов и автономных производств: 378,3 млрд иен в первый год, ежегодные stage-gate аудиты и передача обученных весов всей экосистеме. Разбираем программу по первоисточникам — и что из неё стоит взять на заметку Казахстану.
Все смотрели на нефть, продовольствие и авиакеросин. Но самые устойчивые последствия войны проявились в других звеньях: удобрениях, нефтехимии, алюминии, страховании и морском фрахте. Это история о том, почему самые громкие страхи не всегда становятся главным ударом.
Война в Заливе прошла мимо экспортного маршрута Казахстана — но не мимо его экономики. Реальный удар пришел не через Ормуз, а через Черное море, КТК, Тенгиз и ограниченность альтернативных маршрутов. Это история о стране, для которой высокая цена нефти оказалась слабее инфраструктурного сбоя.
Война стала экзаменом для прогнозистов. Почти все увидели главное: риск для Казахстана был не в Ормузе, а в КТК, Тенгизе и экспортной инфраструктуре. Но дальше прогнозы разошлись. Одни считали ВВП, другие цену нефти, третьи курс тенге. Реальность показала: ключевой переменной была не цена Brent, а способность страны добыть, вывезти и монетизировать нефть.
