Центр прикладных исследований, который помогает ориентироваться в меняющейся экономике. Анализируем, что происходит, понимаем, как технологии это меняют, и помогаем готовиться к будущему.
Мы не просто предлагаем услуги. Мы решаем реальные задачи, которые встают перед государством, бизнесом, гражданским обществом в условиях неопределенности.
Открыты к сотрудничеству, экспертному диалогу и совместным проектам. Напишите нам — расскажем подробнее и обсудим, чем можем быть полезны.
В Послании 28 октября Президент выделил две проблемы автомобильного транзита: очереди на границе и то, что более половины автотранзита через Казахстан везут иностранные перевозчики.
Завершаем обзор докладов, прозвучавших на сессии "Коридоры Евразии: модели интеграции и точки роста" форума New Silk Way 2026. Этот текст не про новые терминалы. Он про то, как международный транзит может запустить внутренний спрос в Казахстане.
Предложение FESCO на New Silk Way 2026: проверить согласованные правила перевозок на маршруте из Китая до Алматы. Продолжаем описывать позиции, прозвучавшие на сессии "Коридоры Евразии: модели интеграции и точки роста"
Большой эксклюзив первых дней 2024 года — интервью, которое глава государства Касым-Жомарт Токаев дал газете Egemen Qazaqstan. Часть обстоятельного разговора президент посвятил обсуждению болезненной темы для Республики — насилия дома. По словам Токаева, он «поддерживает ужесточение наказания за семейно-бытовое насилие»
Это четвертый документ в серии публикаций «Экономический радар Казахстана, 2 кв., 2026». Он описывает международный радар, созданный на основе анализа внешних отчетов об экономике Казахстана.
Это пятый документ в серии публикаций «Экономический радар Казахстана, 2 кв., 2026». Он описывает интегральный радар, построенный на основе трех базовых радаров, их сходства и различия, а также универсальные решения.
Эффективное закрытие Ормузского пролива стало крупнейшим перебоем поставок нефти в истории. Но мировой рынок не ушел в неконтролируемый ценовой разнос. Шок оказался резким, но короче, чем предполагали самые жесткие прогнозы. Это история не только о нефти, но и о том, какие методы прогнозирования лучше работают в условиях войны, физического дефицита и высокой неопределенности.
